Меню
16+

Сетевое издание znamia-leninsk (Знамя-Ленинск)

13.07.2021 09:19 Вторник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск № 84 от 13.07.2021 от 13.07.2021 г.

В тот сорок трудный год

В ходе Сталинградской битвы, по мнению ряда исследователей, в том числе зарубежных, немецкая авиация потерпела первое сокрушительное поражение. После этого люфтваффе уже не могло добиться того преимущества, которое наблюдалось летом 1942 г. Заметную роль в боях за воздушное превосходство сыграла 8-я Воздушная армия (ВА). И в том немалая заслуга таких советских лётчиков, как Трощенко Яков Александрович, погибший на окраине с. Солодовка в ноябре 1942 года.

Старший батальонный комиссар, командир 273-го истребительного полка 8-й ВА Трощенко мог бы уже не участвовать в воздушных боях и вылетах на разведку. Служебное предписание его к этому не обязывало, скорее наоборот… Ведь весь первый период битвы он, в числе других опытных авиаторов, помимо вылетов на боевые задания занимался поступавшими в эскадрилью летчиками-новобранцами, умеющими, порой, только взлетать и садиться. Но их продолжали учить, давать советы на земле и, конечно же, в воздухе. Трощенко передавал свой боевой опыт молодым пилотам. К тому времени за плечами Якова Александровича был приобретен заметный опыт военного лётчика в небе Испании, летная и боевая «учеба» в ходе операции на Халхин-Голе. Здесь с 22 мая по 15 сентября 1939 г. советская авиация выполнила 20524 самолетовылетов, из них за август-сентябрь – 14458. Причём, 18509 вылетов (90%) приходилось на долю истребителей. В полку Трощенко называли «летающим комиссаром», что по факту было большой редкостью во время войны.

Первый свой орден Красного Знамени Яков Александрович получил 17 ноября 1939 года «за образцовое выполнение боевых заданий Правительства и проявленные при этом доблесть и мужество». Вторым орденом Красного Знамени награждён во время Великой Отечественной войны 10 декабря 1941 года (в день его рождения) войсковым приказом по Юго-Западному фронту за подписью Тимошенко и Хрущева.

Летом-осенью 1942 г. воздушные бои на волжской земле стали настолько кровопролитными, что в среднем авиационный полк отправлялся на переформирование после 2-3 недель боев, штурмовик успевал сделать 10-15 боевых вылетов до того, пока его не собьют. Особенно ожесточенные бои начались в середине июля, когда вражеские войска предприняли непосредственную атаку на город. В эти дни напряженность в истребительных полках составила 7 вылетов, в штурмовых – 4 вылета на самолет в день. Сильнейший налет на Сталинград немецкая авиация совершила 23 августа. В этот день ею было сделано около 2000 самолетовылетов, в результате чего город превратился в руины.

К тому же, и со снабжением в полку было плоховато, только с конца лета 1942 года заработала на полную мощность перемещенная на восток оборонная промышленность.

Но к осени 42-го положение стало резко меняться. Для повышения эффективности боевой работы 8-й ВА впервые под Сталинградом была развернута система пунктов управления авиацией в бою. К тому же, в наземных войсках располагались авиационные наблюдатели с радиостанциями. Они корректировали действия самолетов.

Для справки: в отличие от Германии, где каждое воинское подразделение снабжалось радиостанцией, накануне войны в Советском Союзе радиодело в промышленном масштабе только начинало развиваться, и к осени 1942 г. в нашей стране приняли срочные меры по устранению недостатков. Помогало нашей авиации и то, что в степной зоне под Сталинградом было организовано 32 ложных аэродрома, которые периодически бомбила вражеская авиация, растрачивая напрасно свои боеприпасы, а авиаполк 8-й Воздушной стал формироваться из асов. Тяжёлым оказался для истребителей полка и сентябрь 1942 года, когда вражеская авиация предприняла 17,3 тыс. вылетов (самолето-пролетов), достигнув максимальных показателей. С целью ослабить бомбардировочные удары по войскам в районе Сталинграда в конце октября была разработана и проведена операция по уничтожению самолетов противника на аэродромах в основном силами 8-й ВА при поддержке дальней авиации. В результате удалось значительно снизить активность люфтваффе: если в октябре было насчитано 59 тыс. самолёто-пролётов противника, то в ноябре – 31 тыс.

О том, каким был Трощенко Я.А. человеком и командиром, рассказывает в своей книге «Воздушные бойцы» (Москва, Воениздат, 1987 год) Герой Советского Союза, военный лётчик-истребитель, ас в авиации Ерёмин Борис Николаевич: «Командир 273-го истребительного полка, старший батальонный комиссар Яков Александрович Трощенко и мой командир полка Николай Баранов были друзьями. Особенно сдружились они в тяжелейшие дни боев над Волгой в период совместного базирования полков. Оба – открытые, щедрые, жизнелюбивые, они быстро сошлись, и в этом, по-моему, проявилось очевидное сходство их натур. Обоих беззаветно любили летчики, каждого из них в своем полку за глаза называли батей – в одном этом на фронте неофициально проявлялась высшая степень уважения подчиненных к своему командиру.

Трощенко был старше, житейски опытен и мудр. Он имел солидный боевой опыт — участвовал в боях еще на Халхин-Голе и принадлежал к старшему боевому поколению летчиков-истребителей. Благодаря своим незаурядным бойцовским и человеческим качествам он был для своих летчиков и командиром, и наставником, и отцом, и защитником... За ним летчики чувствовали себя как за каменной стеной, и это было чрезвычайно важно для поддержания оптимистического духа в полку на том тяжелом этапе борьбы, каким стала Сталинградская битва.

О незаурядной личности Якова Александровича Трощенко говорит и тот факт его биографии, что он, кадровый политработник, стал отличным командиром полка. Произошло это не сразу. В 273-м полку Трощенко был комиссаром со дня создания полка. Менялись командиры эскадрилий и летчики, все меньше оставалось в полку ветеранов, но все эти естественные перемены словно не касались Трощенко. Авторитет его – комиссарский, командирский и летный – был непоколебим, и так получилось, что при смене очередного командира полка нового не стали присылать, а назначили на эту должность Трощенко. Это было настолько естественно, что никого не удивлял тот факт, что в полку должности командира и комиссара совместились в одном человеке. Факт сам по себе для строевой части неординарный…». А говоря о «работе» в небе истребителей 273-ого полка Ерёмин дополняет свой рассказ уточнением: «273-й полк несколько отличался от других истребительных полков дивизии не только той внутренней атмосферой, которая шла от незаурядной личности Я.А. Трощенко, но и спецификой своей работы. Полк в основном специализировался на ведении воздушной разведки на истребителях, и роль его – не только в дивизии, но и во всей Воздушной армии – была очень велика… Истребитель по сравнению с другими типами машин имеет ограниченный радиус действия. Но у истребителя есть и важнейшее преимущество – он не нуждается в прикрытии, сам себе способен проложить путь».

С очередного такого задания Я.А. Трощенко не вернулся. 14 ноября 1942 г. во время пилотажа на малой высоте самолет разбился, Яков Александрович погиб. Очевидцами падения самолёта были колхозники – жители с. Солодовка Сталинградской области Ленинского района. Они же и похоронили тело авиатора на краю степного поля. До начала контрнаступления на Волге оставалось семь дней.

По официальной версии катастрофа произошла из-за неисправности мотора, который был в починке между первым и вторым вылетом за этот день 14 ноября. При первом вылете Трощенко заметил шумы в моторе, но приземлился нормально. Самолёт осматривали и чинили техники. Второй вылет (в некоторых документах назван как «опробирование самолёта», «повторная проверка работы мотора») стал смертельным. Вот, что сказано в документах о потерях полка: «Мотор был изготовлен в августе 1942 года на заводе № 292. Налёт 99 часов 42 минуты, поломок и ремонта не было, до момента происшествия всё время летал. На данном типе самолёта Яков Александрович летал с 24 августа 1941 года, налёт 56 часов 29 минут. Общий налёт у Трощенко 1057 часов. Оценка техники пилотирования хорошая. Проверялся в боевых вылетах командиром дивизии. Лётных происшествий на данном типе самолёта не имел. 15 ноября 1942 года на совещании командиров полков и инженеров полков разобран случай катастрофы и всему лётному составу соединения даны указания по технике пилотирования при выполнении штопора пикирования с учётом просадки».

– В нашей семье ходили слухи, что кто-то из местных жителей наблюдал воздушный бой в момент гибели Якова Александровича, но письменных свидетельств этому нет, – сказала Юлия Игоревна Трощенко, внучка погибшего лётчика. В начале этого месяца, накануне памятной даты в Сталинградской битве она по инициативе и по приглашению районного совета ветеранов приезжала к нам в район. Побывала на месте захоронения деда, а в читальном зале районной библиотеки состоялась её встреча с активом ветеранской организации во главе с председателем организации Т.Я. Малякиной, краеведом С.А. Цабыбиным, жителями города и района. – Возможно, бой и был, поскольку истребители-разведчики иногда вторгались на территорию противника и вступали в одиночные поединки, – продолжила она. – Последние сведения по документам такие: «Хорошо выполнял боевые задания, в частности, перед вылетом на пробу самолёта выполнил один боевой вылет на разведку. Задача выполнена хорошо».

А ещё по документам известно, что погиб он в 16:00 на своём самолёте «Як-1» северо-северо-восточнее (7-10 км) хутора «Борьба с засухой» Ленинского района. Самолёт врезался в землю. Машина и летчик сгорели. Похоронен Яков Александрович в центре села Солодовка, как сказано в документах того времени, «4 метра севернее (в сторону Астрахани) от памятника погибшим революционерам и советским воинам в отдельной могиле».

Его сын Игорь Яковлевич Трощенко, так же, как отец, связал свою жизнь с авиацией. Не раз приезжал с семьёй на место его гибели и на могилу. Помнит, что когда приезжал в первый раз, то на месте захоронения своеобразным обелиском служил алюминиевый обломок крыла того самого самолёта, на котором, как и полагается, были выбиты имя, фамилия и дата гибели лётчика, что хорошо видно на снимке, хранящемся в семейном альбоме.

– На это крыло, в знак благодарности за жизнь и перед светлой памятью тех, кто в жестоких боях отстоял свободу и независимость Отчизны, отец положил свою форменную фуражку с кокардой ВВС, а его супруга, моя мама, сделала этот снимок, – рассказывает Юлия Игоревна. – Хотелось бы узнать судьбу этого «обелиска». Хотя понимаю, что столько лет прошло, и навряд ли сохранился тот обломок…И всё же надеюсь, что лежит он у кого то из старожил Солодовки… А это памятная вещь не только для нашей семьи, но и реликвия прошлого, знак минувшей войны, и бы очень значим для моих учеников на школьных уроках истории.

Юлия Игоревна – учитель в одной из школ Всеволожского района Ленинградской области. В своей школе и родном крае ведёт большую патриотическую работу. Она постоянный и активный участник поисковых операций по разыскиванию родственников воинов, погибших в боях на защите Ленинграда. Среди останков и предметов, найденных в местах гибели солдат в ходе боёв, есть принадлежащие нашим землякам, воинам, призванным из Ленинского района. Она передала районному совету ветеранов списки с их именами. Среди них сведения о последней службе: рядового Дадыкина Ивана Максимовича 1921 гр. из Колобовки, он умер от ран в госпитале под Ленинградом; красноармейца Сапаева Алексея Артемьевича 1912 гр. из Царева, захороненного у озера Круглое в Мгинском районе Ленинградской обл.; младшего сержанта Мисюрина Михаила Ивановича из Покровки 1922 гр., был убит в бою и похоронен юго-западнее деревни Ольгино Залучского района Ленинградской области и т.д.

А ещё она передала землю с «Невского пятачка». Дорогу, по которой шли на оборону Ленинграда ополченцы и красноармейцы, в народе в этих краях прозвали «дорогой смерти», так как возможность уцелеть после боёв была лишь счастливой случайностью.

– Полоску земли удерживали несколько месяцев. Этот ад растянулся аж до января 1943 года и стал настоящей человеческой мясорубкой, – продолжает Ю.И. Трощенко. – Автодорога являлась линией фронта, а до Невы от нее всего-то чуть менее километра. Плацдарм создали буквально через пару недель, после того как противник замкнул кольцо вокруг Ленинграда. 20 сентября советские пехотинцы захватили полоску берега в этом месте и началась эта кровавая эпопея.

Но была и «Дорога жизни» блокадного Ленинграда. В документах она именовалась военно-автомобильной дорогой № 101.

– На каждом пятом километре трассы находились пункты обогрева, – поясняет Юлия Игоревна. – А саму дорогу планировали делать в 10 метров шириной. Но в реальности всё было намного сложнее, чем на бумаге. При том, что проходила «Дорога жизни», как её прозвали сами ленинградцы, по местам наименьших глубин, нередко лёд проламывался, забирая не только ценный груз, но и человеческие жизни.

Рассказала она и о страшных фактах из жизни блокадного города, о которых долгое время было не принято писать в советских газетах, а если писали, то скупо и приглажено. Например, о детях-грудничках, не гласно, и как может показаться с точки зрения мирного времени – цинично, прозванных «батонами». Голод и холод настолько сковывали рассудок людей, что умерших малышей укладывали между оконными рамами, чтобы не констатировать их смерть и иметь возможность живым получать за них хлеб по карточке.

В основу многочисленных альбомов с записями воспоминаний ленинградцев, собранных поисковыми группами, легли рассказы и о спасении сотней ослабленных детей из осаждённого города на Ниве по «Дороге жизни». Вот лишь один эпизод, рассказанный на встрече. О том, как солдаты закрепляли истощённых детишек у себя на обнажённой груди, согревая теплом своего тела. На случай бомбёжки дороги или провала льда под колёсами, двери кабинок машин, идущих по Ладоге, должны быть всегда открыты, и это в лютый мороз и обжигающий холодом ветер! Если под лёд уходил грузовик с солдатами, шансов выжить у детей не было…

В ходе двух часовой встречи с Ю.И. Трощенко было рассказано много интересных фактов о жизни её деда, его однополчанах и о работе поисковых групп Ленинградской области. Рассказала Юлия Игоревна с какими трудностями приходится им сталкиваться при этом. Но мир не без добрых и отзывчивых людей, а девиз «Никто не забыт и ничто не забыто» для многих граждан нашей страны не просто слова. Есть от них безвозмездная помощь. Например, от специалистов узкого профиля Санкт-Петербурга в проявлении в инфракрасном излучении и уточнении надписей в солдатских медальонах. Затем идёт передача смертных медальонов родственникам погибших советских солдат, а останки придаются земле с должными почестями. Рассказала Юлия Игоревна о сотрудничестве с общественными организациями и представителями Русской Православной церкви. В местах ожесточённых боёв, массовой гибели воинов и мирных жителей поисковики на собственные средства ставят часовенки.

В свою очередь, заместитель председателя совета ветеранов и краевед Сергей Александрович Цабыбин поделился тем, как работает ветеранская организация над новым выпуском книги о жизни земляков, внесших посильный вклад в общую Победу. Прочитанные стихи местными поэтами на патриотическую тематику дополнили кадры из кинофильма «В бой идут одни старики» режиссёра Леонида Быкова о буднях лётчиков-истребителей в годы Великой Отечественной войны и звучание «Песни о погибшем лётчике» В. Высоцкого.

Послесловие

Казалось бы, что общего между южным городом Ростов-на-Дону, северной деревней Колтуши во Всеволожском районе Ленинградской области и нашими степными краями в Ленинском районе? Их отделяют друг от друга сотни тысяч километров и разный уклад жизни их обитателей. Но вопреки географическим понятиям и бытовому различию они становятся ближе благодаря эмоционально чувственным отношениям людей разных поколений нашей страны к историческим событиям 79-летней давности. Они затронули практически каждую семью в нашей стране, объединили не одно поколение народов разных стран. До сих пор множество людей независимо от их национальностей и профессий ищут сведения о своих близких родственниках через различные архивы и организации, на местах былых сражений – в окопах и траншеях, в объединённых интерактивных банках данных ОБД «Мемориал», «Подвиг народа», «Память народа» и т.д.

«Мой дед для меня – это моё небо, моя Радоница, мой Бессмертный в Полку, мой Герой, мой Солдат. Он отдал жизнь ЗА ДРУГИ СВОЯ и тем выполнил основную заповедь. Мой дед родился вблизи Ростова в декабре 1908 года. Погиб под Сталинградом близ деревни Солодовка 14 ноября 1942 года. Учился в знаменитой Каче (Качинское лётное училище). На Великой войне он был уже опытным бойцом, человеком, прошедшим монгольский Халхин-Гол. У деда есть два ордена Красного Знамени. К сожалению, они исчезли, как и его фронтовые письма. Он погиб, но в ту пору в Ростове-на-Дону у него остались жена Анна и два малолетних сына, Игорь и Владимир. По линии старшего сына Игоря Яковлевича в Санкт-Петербурге теперь живут две внучки (я, Трощенко Юлия, и моя сестра Елена). Моя дочь София является правнучкой Якова Александровича, очень любит его.., ходит с фотографией прадеда на парад 9 Мая в Бессмертном Полку». Так написано на страничке Юлии Игоревны Трощенко на сайте «История солдата». А прощаясь с жителями нашего района, она поблагодарила всех, а особенно жителей Царевского сельского поселения, за почтительное отношение к местам упокоения защитников Отечества, и попросила откликнуться очевидцев события, связанного с гибелью её деда, или знающих, какие-либо факты о воздушном бое, крушении самолёта в тот памятный для их семьи день. Возможно, это будут рассказы их родных и близких… Написать ей можно по электронной почте utrosh@yandex.ru или связаться через Ленинский районный совет ветеранов и редакцию районной газеты.

А. Котова,

корр. «Знамени».

(фото военного времени из архива семьи Трощенко).

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

28